Пролог.

Про Семецкого пошла такая слава, что якобы самые тайные книги можно получить только «после его смерти». Сезон охоты на бедного библиофила был объявлен повсеместно! Суть трагедии в том, что мэтр Семецкий оказался… бессмертным. Причем настоящим, не как в кино. Его можно было вешать, расстреливать, обезглавливать, взрывать с потрохами — на утро следующего дня воскресший из небытия книготорговец вновь отпирал дверь собственной лавки.

Здесь, увы, представлено только одно произведение.

Белянин убивает Семецкого в книге «Сестрёнка из преисподней».

В этом романе я впервые обратил внимание на образ Юрия Семецкого… Может быть потому что он здесь и не такой уж эпизодичный.

За жизнь Семецкого назначается премия.

— Ой, не позорьте мою лысину, товарищч! Есть вещи, привыкнуть к которым невозможно. Во-первых, когда вас убивают, это все еще больно. Во-вторых, я трачу бешеные деньги на отстирывание собственных сорочек от моей же крови. И в-третьих, все это дико надоедает! Ну ладно бы раз, другой, третий… Это я еще могу понять, в конце концов, все мы люди… Так нет, местные умники объявили убийство бедного Семецкого национальной традицией! Они даже дают за это ежегодную премию! Ви себе представляете — премия тому, кто лучше убьет Семецкого… И шо ви скажете?!

Здесь впервые Семецкий убивается больше одного раза и (что особенно интересно) убивает своих обидчиков.

- Вот он, гад… Шоб я стал килькой в томате — точно он!
— M-м… простите, кто?!
Вдоль улицы, по направлению к книжной лавке, неторопливо шествовал толстый молодой мужчина с усиками, в модной одежке и с большим космическим бластером на пузе.
— Последний лауреат… — мстительно прошипел мэтр Семецкий, до хруста в пальцах сжимая стальной гарпун. — Он устроил взрыв и завалил меня книгами в моем же магазинчике. Смерть была долгой и мучительной… Так этот разжиревший моллюск прилюдно пообещал в следующий раз просто пристрелить меня из бластера. Вот с него-то я и начну… На фокареи мерзавца! В кандалы таки и в трюм! За борт под килем, морского ежа ему в глотку, кар-р-р-рамба!!!
И робкий книготорговец (или отчаянный капитан?) с ревом бросился на недавнего обидчика. Как я понимаю, этот убийца был не единственным, но первый чек к оплате предъявили именно ему. Бездарно отстреливаясь от рычащего «морского волка», бедолага пытался удрать, а китобой Семецкий ловко бил его гарпуном по новым джинсам… Мы не вмешивались, и вскоре вопящая парочка исчезла за поворотом.

Здесь Семецкий занимает далеко не пассивную жизненную позицию и после «литературной обработки» главным героем начинает не только мстить своим обидчикам, но и самосовершенствоваться.

За наше короткое отсутствие он вел весьма активный образ жизни: перешел Рубеж, посмотрел в глаза чудовищ, экстерном окончил школу «годзюрю», пройдя в ней полный «Путь меча», нанес осенний визит папе-антибиотику, где-то в сельве охотился на грыбру, а в результате застрелил льва, да в довершение ко всему был посвящен на острове Русь в «рыцари кувалды».

Перейдем к сцене основного убийства несчастного книготорговца и библиофила.

Моя жена подняла было руку, потом сдержалась и только плюнула ему под ноги. Увы, именно этот поступок оказался роковым! Мэтр Семецкий автоматически шагнул назад, вскрикнул, замахал руками и, не удержавшись, полетел вниз… Наташа в ужасе прикрыла лицо руками.
На мгновение повисла гробовая тишина… Потом снизу раздался гулкий звук, словно кто-то головой пробил гранитное надгробие.
Буквально через минуту на площадке появился деловитый карлик с большим, пестро украшенным пакетом и счет-фактурой.

Итак, я думаю после всего сказанного комментарии излишни. Но я все же советую прочитать этот роман (а еще лучше весь цикл, это пока всего лишь две книги — «Моя жена — ведьма» и «Сестрёнка из преисподней») полностью и составить свое собственное мнение.